Про "индекс качества городской среды" от КБ "Стрелка"

17 июля состоялась презентация Индекса качества городской среды, разработанного КБ «Стрелка» в рамках программы «Формирование комфортной городской среды» совместно с Агентством по ипотечному жилищному кредитованию по заказу Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ.

В целом, конечно, хочется похлопать ребят по плечу и сказать "молодцы, что придумали такую интересную штуку (120 показателей и проч., приятный интерфейс), сойдет за неплохой стартап (если кто-то захочет за него заплатить)". Но, учитывая, что на это уже были выделены немалые средства из госбюджета, и это не студенческий стартап, и даже не магистерская дипломная работа, неизбежно возникает множество серьезных и сложных вопросов к разработчикам.

1. Поддерживаю тезис к.т.н А.В.Чернова о необходимости открытости методики (системы расчета) и источниках данных (!). Это первое и важное требование. Уже существует гак с копейкой подобных индексов-рейтингов с открытым механизмом оценивания,  которые по полноте и функциональности ничем не уступают разработанному молодыми сотрудниками Стрелки. Например, «Рейтинг качества жилой среды»  института дизайна и урбанистики университета ИТМО и Института территориального планирования «Урбаника», или методика оценки жилой среды Рубена Аракеляна. Зачем потребовалось тратить деньги на создание нового инструмента, чем он лучше старых, уже апробированных методик оценки среды?

2. Так вот, в отличие от вышеуказанных методик, закрытость индекса КБ "Стрелка" не дает возможности оценить ее измеряющую способность. Например, для качественных психометрических тестов (MMPI, тест Кеттелла, тесты на интеллект и проч.) есть требования валидности, надежности и достоверности. Эти общие требования применимы для оценки любой диагностической методики (а КБ "Стрелка" именно так свой Индекс и характеризуют).
Если сравнить Индекс от КБ с психометрическим тестом, получится следующее: «Вы – дурак, мы сделали такой вывод, оценив выражение вашего лица по фотографиям из социальных сетей».

1)    Какова надежность Индекса, которая зависит, в том числе, и от надежности источников данных? Первый же индикатор "Доля аварийного жилого фонда (%)" - уже вызывает множество вопросов. Достаточно сказать, что комплексное обследование многих домов на территории РФ проводилось (если вообще проводилось) лет 10-20 назад (это зависит от того, как ответственно выполняют свою работу администрация, УК и ФКР на территории), поэтому имеющиеся у официальных источников данные об аварийности [недостоверны] как минимум не полны. То же касается и данных о проценте изношенности жилого фонда.
Очень «хороший» показатель, отнесенный к шкале "Комфорт": "Доля дворов, обустроенных детской, спортивной или иной площадкой (%)." А если во дворе вот такая «комфортная» «спортивная» площадка:

2)    Какова валидность Индекса и его индикаторов, т.е. насколько предложенные методы измерения индикаторов действительно способны их измерить?
Взять хотя бы методику, которой очень гордится КБ "Стрелка": насколько по фотографиям в социальных сетях действительно можно судить о качестве городской среды (доступности, активности и развитости культурной жизни)? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно как минимум понимать, по какому принципу люди вообще выбирают место для селфи. Ссылок на подобные фундаментальные работы КБ "Стрелка" не дает, а значит, вся измерительная способность данной методики основана не более чем на домыслах "стрелочников". Без сомнения, анализ фотографий из социальных сетей - это хороший инструмент оценки чего-то (популярности мест ли, или социальных практик?), но чего именно, науке пока не известно.

3)    Какова погрешность измерения индикаторов индекса? Грубо говоря, если Индекс дает Самаре 62% по оценке качества жилья и прилегающего пространства, сколько из них уходит на погрешность измерения?

3. Теперь немного о технологии создания Индекса. На сайте Индекса написано «В зависимости от доступности данных и появления новых способов анализа городских территорий каждый год выбирается набор из 30 показателей».

«В зависимости от доступности данных» - это значит, что индикаторы выбирались не из критериев валидности и надежности, а из критерия доступности. То есть действительно важные индикаторы, данные по которым собирать сложно, дорого и [западло] долго (например, проводить опрос), были исключены из Индекса, а показатели со слабой надежностью / валидностью (такие как анализ селфи из социальных сетей), но находящиеся в свободном доступе – наоборот, включены.

«…каждый год выбирается набор из 30 показателей». То есть в 2017 году города оценивались по одному ряду индикаторов, а в 2018 году будут оцениваться по другому?
Если сотрудники КБ всерьез предлагают менять измерительный инструмент каждый год, тогда как оценить динамику изменения среды конкретного города в течение 5-10 лет, например? Не лучше ли в таком случае (если появились новые способы анализа территорий) создать другой индекс, или усовершенствовать старый, дополнив его новыми индикаторами / шкалами?

К слову сказать, в психологии такая практика не исключена. Например, для оценки психологического благополучия не желательно, но теоретически возможно использовать разные шкалы, но при этом они должны иметь высокую конвергентную конструктную валидность (корреляцию результатов). Как будет решать этот вопрос КБ?

4. Ну и напоследок по поводу основного заявления об Индексе качества городской среды от КБ «Стрелка»: «Оценивает, насколько город готов к современным вызовам и отвечает потребностям горожанина». Каким образом предложенный Индекс оценивает то, насколько город [городская среда] отвечает потребностям горожанина? Возможно, для сотрудников КБ «Стрелка» выражение «потребности человека» является пустым звуком, но для людей, которые знают о потребностях несколько больше пирамиды А. Маслоу, пустым звуком [явно с целью ввести в заблуждение] является вышеупомянутое заявление сотрудников КБ. Индекс не включает ни списка потребностей, ни методов оценки их удовлетворенности.

Создание универсального механизма оценки качества среды, приспосабливаемого под региональные нормы и стандарты, но при этом "ранжирующего" города – чрезвычайно сложная задача. Это задача не одного дня, и даже не одного года. Это задача не для [междисциплинарной] команды, а для сообщества специалистов-теоретиков и практиков, фундаменталистов и прикладников. Пока же опубликованная на сайте http://индекс-городов.рф/ "методика" не позволяет относиться к ней серьезно.

Общественные советы микрорайонов. Что это и зачем они нужны?

В Самаре формируются общественные советы микрорайонов (ОСМ).
Немного информации отом, что это такое и для чего они нужны.

Всего в Самаре формируется 355 общественных советов территорий, в состав которых войдут представители многоквартирных домов, общественных организаций, предприятий, и 135 общественных советов микрорайонов, являющиеся вторым уровнем общественного самоуправления, состоящих из представителей общественных советов территорий. [Ссылка на источник]

Из Положения о деятельности ОСМ ГО Самара:

• Общественные советы являются коллегиальными органами, осуществляющими свою деятельность на общественных началах.
• Общественные советы могут обладать правами юридического лица в организационно-правовой форме общественной организации.
• Деятельность общественных советов основывается на принципах законности, добровольности, гласности и публичности участия.

В администрациях Самары появится новая должность "Управляющий микрорайоном" (замена нынешним ТОСам), в задачи которого будет входить координация деятельности активистов-общественников с администрацией микрорайона. Управляющие микрорайона будут получать заработную плату порядка 35 000 рублей.  [Ссылка на источник]

Зачем нужны общественные советы микрорайонов?

1) Формирование коммуникации между жителями микрорайона и администрацией района.

2) Организация жителей микрорайона, представителей общественности, коммерческих и некоммерческих организаций, ТОСов к реализации социально значимых проектов и мероприятий, связанных с экономическим, социальным и  культурным развитием микрорайона (в том числе  проведение общественных и публичных слушаний).

3) Выдвижение и поддержка инициатив, правотворческих инициатив, направленных на улучшение качества жизни жителей микрорайона.

4) Разработка предложений и рекомендаций органам местного самоуправления по вопросам экономического, социального, культурного развития микрорайонов, безопасности жизнедеятельности, улучшения качества жизни населения;

5) Прием обращений граждан на территории общественного совета; мониторинг проблем микрорайона, работа с обращениями жителей, в том числе предложения по их эффективному решению; ведение статистического и аналитического учета актуальных вопросов и предложений жителей с целью создания эффективной модели системы изучения запросов общества;

6) Помощь жителям в работе с порталами государственных и муниципальных услуг: ознакомление жителей с действующими информационно-коммуникационными технологиями в сети Интернет и методами их использования для решения существующих социальных и иных вопросов с целью обеспечения доступности государственных и муниципальных услуг для граждан; формирование предложений для совершенствования существующих ресурсов доступа к государственным и муниципальным услугам в электронном виде;

7) Оказание правовой помощи жителям на территории общественного совета с привлечением специалистов субъектов (учреждений, организаций), оказывающих бесплатную юридическую помощь гражданам, в рамках заключенных соглашений о взаимодействии с такими субъектами;

8) информирование органов местного самоуправления, жителей микрорайона, представителей общественности, коммерческие и некоммерческие организации, а также органы ТОС о социально-политической обстановке и тенденциях в общественной жизни микрорайона. (хочется надеяться, что  доносы писать не придется)

9) Организация и проведение мероприятий по консолидации потенциала общественных и гражданских институтов; обсуждение актуальных проблем и вопросов жизни микрорайона, выработка рекомендаций и предложений для органов местного самоуправления по решению различных социально-экономических и общественных вопросов, в том числе по действующим муниципальным программам и иным муниципальным правовым актам, проектам муниципальных правовых актов.

Правовые основания работы ОСМ прописаны здесь и здесь.

Контакты в FB:
Группа по координации деятельности ОСМ в Самаре.
Общественный совет микрорайона "Яблонька".
По координации работы общественного совета микрорайона "Куйбышевский-Нефтемаш" можно пока обращаться ко мне.

Если хотите участвовать в работе своего общественного совета, внимание на картинку ниже: там есть контактные телефоны по всем районам, и общая информация по полномочиям ОСМ.

Невидимая Самара: неофициальный туристический маршрут

В январе проводили обследование территории для Том Сойер Фест. Хочу поделиться парой домиков-находок, которые уже сейчас можно показывать туристам. Главное, что вы никогда их не увидите и о них не узнаете, если не будете достаточно любопытны и настырны, чтобы заглянуть во внутренний дворик квартала старого города.

Появилась идея разработать неофициальный туристический маршрут "Невидимая Самара" (например) с картой интересных мест со специфической атмосферой. 
 
1) "Домик с синей дверью" (ул. Молодогвардейская, 110):

Этот дворик просто очаровывает своим уютом. особенно выделяется синяя в милую ромашку дверь. Хочется просто стоять и любоваться на это чудо.


2) "Нарисованный домик" (Чапаевская, 131).  

Это совершенно особое место. Дом на фото поражает своей нереалистичностью. Присмотритесь - он как будто нарисован масляными красками на холсте. Когда стоишь и смотришь на него (умом понимая, что он вообще-то реален, и даже объемен), возникает ощущение полного "сюра".

3) "Окно с сосульками" (Некрасовская, 52)

Очень выразительные сосульки на менее выразительном окне, очень напоминающем лоскутное одеяло.

Если Вы хотите принять участие в Том Сойер Фест в 2017 году (в качестве волонтера, мецената, собственника), присоединяйтесь к Группе исследователей Том Сойер Фест.

Социальное проектирование Vs соучаствующее проектирование

В последние несколько дней идет ожесточенная дискуссия относительно различий методологий социального и соучаствующего проектирования. Сразу скажу, что основное различие заключается в целях проектирования, из которых вытекает методология. Но обо всем по порядку.

Начнем, как всегда, с определений

Социальное проектирование - деятельность, связанная с проектированием (созданием, формированием) социальных объектов, социальных качеств, социальных процессов и отношений. (http://www.studfiles.ru/preview/2034152/).

Социальная работа - профессиональная деятельность, имеющая цель содействовать людям, социальным группам в преодолении личностных и социальных трудностей посредством поддержки, защиты, коррекции и реабилитации. (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%BE%D1%86%D0%B8%D0%B0%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D1%80%D0%B0%D0%B1%D0%BE%D1%82%D0%B0)
Это деятельность, причем профессиональная, направленная на оказание помощи людям, нуждающимся в ней (находящимся в трудной жизненной ситуации), не способным без посторонней помощи решить свои жизненные проблемы, а во многих случаях и жить (Павленок П. Д.). Целью социальной работы является ... поддержание стабильности в обществе. (http://www.studfiles.ru/preview/1764950/)

Это официальное определение. Я рассматриваю социальную работу несколько шире, как работу  с людьми и сообществами, направленную на снижение социальной напряженности, разрешение социальных конфликтов, помощи людям в решении сложных жизненных ситуаций и, через изменение социальной ситуации или с целью ее изменения, даже решение их личных (психологических) проблем и межличностных конфликтов. Таким образом, в моем понимании, социальное проектирование - это вид социальной работы (т.е. работы с людьми), характеризующийся целенаправленным преобразованием социального объекта (социальных сообществ, социальных связей, социально-психологических качеств и сознания людей).

Соучаствующее (партисипаторное проектирование) - методология создания архитектурного проекта с участием основных пользователей проектируемого архитектурного объекта. Само собой, реализация данной методологии невозможна без вовлечения - активного участия пользователей на всех этапах создания проекта. Таким образом, соучаствующее проектирование - это архитектурное проектирование с элементами социальной работы.

Различие - в целях

 Для социального проектирования целью является преобразование социального объекта.  Основная форма работы - работа с людьми, при этом среда (формирующая, педагогическая) рассматривается как средство социальных изменений.

Для соучаствующего проектирования целью является создание комфортной среды, максимально удовлетворяющей потребности ее пользователей, основная форма работы - работа со средой, при этом в качестве средства создания архитектурного проекта используются знания пользователей о среде, ее проблемах, особенностях их личной жизни, потребности и планы на будущее. 

Место социального и соучаствующего проектирования в реалиях российской действительности

Как показывает практика применения соучаствующего проектирования в России (в том числе и многих уважаемых коллег), проекты важные, особенно связанные с изменением жилой среды, часто не могут быть реализованы в принципе*, даже если их удается создать. И причины этому в основном социальные и психологические:

1) Люди считают, что власти должны сделать им хорошо без их участия (это психологическая установка).
2) Нет времени на обсуждения, приходится много работать, чтобы прокормить семью (социальная проблема);
3) Низкий уровень коммуникативных компетенций, элементарное неумение общаться и несоблюдение деловой и профессиональной этики по отношению к коллегам (психологическая проблема);
4) Недоверие к власти как результат коррупции, предвыборных манипуляций и проч.(тоже психологическая установка).

(*"в принципе" я имею в виду "в сложившейся социальной ситуации", которая, конечно, может быть изменена путем профессионального целенаправленного воздействия.)

Поэтому архитектор, который приходит на территорию с самыми благими намерениями (сделать среду комфортнее с участием жителей), сталкивается с внутренним противодействием, агрессией, множеством проблем территории, большая часть которых является результатом социального конфликта стейкхолдеров.

Да, есть успешная практика благоустрорйства с использованием технологии соучаствующего проектирования, но большинство созданных объектов не находятся на пересечении социальных интересов. Это объекты вроде остановки общественного транспорта, скульптуры и проч.

Что касается дворовых территорий, особенно советской и постсоветской застройки, с высокой степенью запущенности и запроблематизированности, со спецификой социального состава (пенсионеры, наркоманы, малообеспеченные и проч.), то часто для решения первоочередных проблем там нужен не столько архитектор, сколько целая команда, состоящая из юриста, социального работника (психолога), конфликтолога-медиатора и проч. Применение только техники соучаствующего проектирования, без социального проектирования, на территориях с высокой степенью запущенности обречено на провал, потому что главные проблемы локального сообщества (имеющие социальный, социально-психологический и юридический характер) останутся нерешенными (как показывает пример с горкинским лесом в Казани). А значит, и цель соучаствующего проектирования останется не достигнутой, т.к. среда по факту не станет комфортнее.

В результате архитектор сталкивается с ситуацией, когда он фактически не может выполнить взятые на себя обязательства (сделать среду комфортнее), проект получается плохого качества (т.к. не устраивает всех стейкхолдеров), вовлеченные участники чувствуют себя обманутыми, использованными, социальная напряженность и недоверие нарастают.

Мое первое глубокое убеждение состоит в том, что прежде чем начинать вовлекать, нужно разобраться с объектом проектирования. Как минимум, нужно хорошо себе представлять сложность объекта проектирования, измеряемую количеством связанных с ним социальных конфликтов. Работа со сложными объектами на пересечении множества интересов (вроде дворовых пространств) требует качественного междисциплинарного подхода и активного вовлечения всех уровней власти.

Второе мое глубокое убеждение состоит в том, что социальное проектирование должно предшествовать соучаствующему проектированию. Последнее возможно и эффективно только  при максимальном вовлечении ВСЕХ стейкхолдеров (включая жителей, органы администрации и бизнес, т.к. они имеют максимальные ресурсы влияния на территорию), после снятия социальной напряженности и решения социальных конфликтов (в том числе и скрытых), определения проблем и ресурсов реализации проекта.

Кто должен этим заниматься?

Мое третье глубокое убеждение состоит в том, что каждый доложен заниматься своим делом. Архитектурным проектированием - архитекторы, социальным проектированием - социальные работники и психологи (включая различные аспекты групповой работы, такие как медиация и фасилитация).  И если ответственно (по отношению к вовлеченным) подходить к соучаствующему проектированию, то в российских реалиях требуется междисциплинарная команда.

Чей это проект?

И на последок выражаю удивление фактом присвоения специалистами, практикующими соучаствующее проектирование, результатов групповой работы. Мне кажется, было бы этичнее говорить не "проект группы 8", а "проект "жителей Казани и группы 8", не "проект ЦПУ", а "проект жителей Вологды и ЦПУ". Сам факт участия жителей в разработке и реализации проекта дает им право претендовать на авторство.

Концепция градоустройства и градоформирующей деятельности в творчестве Татьяны Михайловны Говоренковой и её судьба

Юрий Григорьевич Вешнинский - советский и российский культуролог, социолог, географ. Специалист в области урбанологии (Wikipedia в помощь). Культуролог по образованию, человек энциклопедических знаний и богатейшего жизненного и научного опыта.

Мы познакомились с Юрием Григорьевичем в 2013 году на российско-американском симпозиуме, посвященном социальной психологии города, организованном Институтом психологии РАН.

Юрий Григорьевич делится интереснейшими материалами, которые, как мне кажется, совершенно несправедливо попали в забвение или доступны очень узкому кругу лиц.
Сегодня публикуем исправленную и дополненную редакцию "длинного" варианта статьи для журнала "Знание-Сила" "Концепция градоустройства и градоформирующей деятельности в творчестве Татьяны Михайловны Говоренковой и её судьба (о социогуманитарной миссии гражданской инженерии)". 

Несколько историй с "бульвара мечты"

Пока обследовала территорию для проекта, удалось пообщаться с несколькими местными жителями. Решила записать их "истории".

1. Женщина-садовод, ухаживает за небольшим придомовым садиком с задней стороны 161 дома. Сказала, что участки обихаживают в основном проживающие на первом этаже, так как полив ведется из собственной квартиры, потому что нет отводков для полива.

По ходу осмотра территории, кстати, несколько раз встречала на палисадниках наполненные водой 5тилитровые бутыли. Видимо, кто-то еще и так выкручивается.

Добавила еще, что они обращались в администрацию с просьбой привезти им земли, т.к. земля здесь очень плохая.

2. Пожилая женщина, сидящая в одном из кресел у подъезда (161 дом) рассказала, что там, где сейчас "бульвар мечты" заканчивается ямой, раньше была "уборная". Ее потом снесли, и яму забетонировали, но выгребать то, что осталось от "уборной" не стали. Из-за этого земля просела и дорога стала проваливаться.

3. Пожилой мужчина, сидящий в обустроенном самими жителями месте отдыха под тенью раскидистого дерева, рассказал, что это место они оборудовали сами, но по вечерам здесь собирается молодежь и ведет себя очень шумно.

Еще он пожаловался на автомобили, которые гоняют по Загорской, объезжая пробку с 22 Партсъезда, как раз в то же утреннее время, когда толпы школьников идут в школу, и он много раз видел, как они перебегают дорогу перед машинами, и очень переживает, потому что ситуация сложилась очень опасная.

А вот и доказательство не заставило себя долго ждать. Несколько детей увлеченно бегут по дороге, совершенно не глядя по сторонам. Реально страшно.

Территориальность в пространстве двора

На последней рабочей группе по проекту "Бульвар мечты" поступил запрос от архитекторов на выявление границ присвоенных территорий, то есть территорий, которые человек в той или иной степени считает своими. И поскольку споров было много (особенно это касается методов их выявления), решила опубликовать небольшую теоретическую заметку и снабдить ее живыми примерами, материал для которых в изобилии проявился  в процессе исследования территории, проведенного 19 июля сего года.

Вообще именно понятия "присвоенная территория" в психологии нет. В теории территориальности (территориального поведения), разрабатываемой Р. Зоммером, И. Альтманом  и др. говорится о "территории", но имеется в виду именно территория, наделенная для человека определенным смыслом и значимостью. Но мы, чтобы не допускать смешения понятий,  будем говорить о "присвоенной территории".

Что такое территориальность и как проявляется территориальное поведение у человека?
Если кратко, теория территориальности имеет свои биологические корни. Человек относится к классу млекопитающих, а большинству млекопитающих свойственно тем или иным образом обозначать "свою" территорию и демонстрировать определенное поведение по отношению к ней. Однако большинством исследователей (Дж. Голд, Д. Эдней, Б. Браун и др.) признано, что территориальное поведение человека отлично от животных: люди более гибко используют территории, маркером территории в зависимости от места может быть забор (если это огород) или сумка (в библиотеке, кафе); человеческая территориальность выполняет социальные, культуральные и когнитивные функции.

Территориальное поведение характеризуется определенным отношением человека к некоторой территории, характеризующееся наличием специфических когнитивных, эмоциональных и поведенческих паттернов (Дж. Голд, П.Бэлл, Р. Гиффорд), субъективным чувством собственности или контролем над территорией (Р. Гиффорд, П.Бэлл); идентификацией с территорией и ее защитой (М. Нэпп и Д.Холл).

Территориальное поведение у человека проявляется в различных формах в зависимости от типа территории (Bell, Altman), а последние различаются степенью владения (личным ощущением собственности).

Признаки присвоенности территории.
В классической литературе под присвоенной территорией подразумевается некая "географическая область, персонализированная или маркированная определенным способом и защищенная от вторжения" (Sommer 1969, p.33). То есть основными признаками присвоенной территории являются:
- маркировка, или обозначение наличия владельца территории (в нашем случае это заборы вокруг палисадников);

 - персонализация - это маркировка, оставляющая информацию о владельце территории (в нашем случае это надписи на гаражах (возможно), обустройство клумбы);

Интересный факт. Жители предпочитают устанавливать у входов в подъезд и в "местах отдыха" кресла, которые они сами приносят (с помойки), а не лавочки. И дело вовсе не в деньгах. Когда я предложила одной из жительниц заменить кресла на лавочки, она тут же возразила, что раньше им уже устанавливали здесь лавочки, но на них все время пьянствует по вечерам молодежь, и их сломали, и что если опять установить лавочки, то опять будут пьянствовать компании и будет шумно. Субъективно: кресла у подъездов не вызывают желания сесть на них, в отличие от более гостеприимных и демократичных лавочек. Поэтому кресла при входе в подъезд -  это претензия на собственность путем маркировки и персонализации (видимо, тот, кто принес и поставил кресло, тот и считается его владельцем).

- защита, проявляющаяся в огораживании "своей" территории, а также проявлении агрессии при попытке нарушения ее границ.

Интересный факт. В нашем случае территориальность проявлялась следующим образом.
При проведении обследования территории мое поведение отличалось от поведения остальных пользователей: я фотографировала клумбы, заходила в места, в которые не заходят большинство посетителей, рисовала что-то, сидя на коленке. Это привлекло внимание жителей к моей персоне. При этом я, не нарушая закона формально, ощущала внутренний дискомфорт, поскольку чувствовала, что нарушаю сложившиеся правила поведения (нигде не сформулированные,  они называются "социальными нормами") и сценарии места (обозначенные спецификой организации пространства) . В одном из домов женщина из окна спросила меня, зачем я фотографирую. А в одном из частных домовладений, где, по моим подозрениям, разместился нелегальный бизнес, молодой человек вышел на улицу и контролировал ситуацию пока я не ушла (видимо, чтобы я не фотографировала).

Это подтверждает, что даже будучи первый раз в каком-то месте мы бессознательно считываем  сценарии поведения (где можно ходить, а где нельзя), сложившиеся годами спецификой использования территории и оставившие на ней своеобразные "отпечатки" (протоптанные  тропы  и, наоборот, заросшие порослью и поэтому труднодоступные места).

Игнорирование данных правил использования территории (сценариев поведения) может быть воспринято как территориальная агрессия. В настоящее время выделяют три ее типа (С. Лайман, М. Скотт):
1) Нарушение границы - использование чужой территории без разрешения;
2) Вторжение - попытка завладеть территорией другого человека;
3) Контаминация - "осквернение"чужой территории не своим присутствием, а тем, что остается после него (например, в нашем случае жительница-садовод пожаловалась мне на то, что на "ее" участок с верхних этажей постоянно бросают окурки).

Вот почему очень важно знать границы неформальных владений и договориться с владельцами прежде чем начинать на территории какие-то действия по благоустройству.

Выделяют разные степени присвоенности территории в зависимости от ее типа.
Выделяют первичные территории (в нашем случае это - квартира), характеризующиеся высокой степенью присвоенности (воспринимается как своя собственность на относительно постоянное время, вторжение вызывает сильную агрессию), вторичные территории,  характеризующиеся средней степенью присвоенности, владелец которых воспринимается как один из небольшого количества пользователей (огороженные и обихаживаемые участки придомовых палисадников), и общественные территории, характеризующиеся низкой степенью присвоенности, где владение возможно в течение небольшого промежутка времени (проезды, дороги, детские площадки, лавочки возле подъезда и проч.).

Присвоенность и предпочтение.
Присвоенные территории и предпочитаемые территории - не одно и то же. Например, жителю может больше нравиться клумба соседа или соседняя детская площадка, но он при этом не будет считать ее "своей". Справедлива и обратная ситуация: "своя" территория не обязательно вызывает положительные эмоции.

Как выявлять присвоенные территории?
Для выявления присвоенных территорий нужны четкие критерии присвоенности. Но поскольку научным сообществом уже определено, что главными признаками присвоенности территории являются маркировка, персонализация и защита, целесообразно их использовать в качестве критериев.
В таком случае выявление присвоенных территорий не составляет большой проблемы. Для этого нужно провести тщательное обследование территории, фиксируя на фото и на плане территории примерные границы территорий, характеризующиеся признаками присвоенности: где видно вмешательство рук человека (украшения и клумбы из шин), факт использования пространства (автостоянка, места встреч, детские площадки, огороды), границы (заборы, ограждения, шлагбаумы и проч.), явные следы пребывания человека (окурки, мусор и т.д.).
Однако метод обследования территории не дает всей полноты информации о границах присвоенности, т.к. для человека может иметь значение визуальное использование, которое не оставляет следов на территории (например, вид из окна).
Поэтому метод обследования территории предлагается дополнить методом опроса с использованием  метода картирования, когда на карту территории респондент, действуя по инструкции, сам наносит границы присвоенных территорий.

________________________________________________
* Статья подготовлена с использованием материалов из книги Л.В. Смоловой "Психология взаимодействия с окружающей средой", Санкт-Петербургский государственный институт психологии и социальной работы, 2010.

©При копировании материалов этого сайта ссылка на источник обязательна.