среда, 15 августа 2018 г.

Мозг, поведение и «baukultur», автор Колин Эллард (перевод)

Настоящая публикация является переводом статьи Колина Элларда, написанной по следам конференции в Давосе и опубликованной на сайте Академии нейронаук для архитектуры. Для сохранения точности перевода повествование ведется от первого лица. С оригиналом публикации можно ознакомиться здесь: http://anfarch.org/the-a%E2%86%94n-blog-2/
Перевод не дословный, местами я пыталась приблизить его к российской структуре понятий, передавай более смысл, нежели текст, поэтому ответственность за все неточности лежит полностью на авторе перевода, то есть на мне.


В январе этого года меня пригласили принять участие в замечательном мероприятии в Давосе, Швейцария. Параллельная известному Всемирному экономическому форуму конференция была проведена для ратификации так называемой Давосской декларации. В Давосской декларации заявлена поддержка идеи о том, что дизайн архитектурной среды играет решающую роль в благополучии человека. Моя роль в этом мероприятии была скромной. Вместе с Ивонном Фарреллом (Yvonne Farrell) из Grafton Architects в Ирландии меня попросили выступить с кратким докладом в поддержку декларации. Важность этого совещания заключается в присутствии большого количества Министров культуры и наследия, главным образом (но не исключительно) из Европейского Союза, которые приехали специально для подписания декларации в поддержку «baukultur». Это немецкое слово, буквально "культура строительства", плохо переводится на английский язык. Я мог бы примерно описать значение этого термина как некоторый образ мыслей, мыслительные установки, зафиксированные на бумаге или не эксплицированные,  определяющие формы и процессы создания искусственной среды. Если более кратко, то «baukultur» предполагает набор методов, способов и технологий,  при помощи которых мы могли бы создавать среду, поддерживающую благополучие людей (и, действительно, большая часть дискуссии на мероприятии в Давосе, и даже, что важно, большинство политических заявлений в поддержку декларации, были сосредоточены именно на этом аспекте). Еще лучшее понимание того, что такое «baukultur» можно вынести из потрясающей новой книги Гарри Маллгрейва "От объекта к опыту: новая Культура архитектурного дизайна" (Harry Mallgrave «From Object to Experience: The New Culture of Architectural Design»).

Сама Декларация, хотя и написана на очень высоком уровне и поэтому несколько сжата по части конкретики, содержит некоторые интересные ключевые моменты. В разделе, озаглавленном "Наше видение высококачественного «baukultur»ʺ есть несколько ссылок на то, что архитектурная среда, включая материалы, пространственность и контекст, влияет на наше здоровье и психологическое благополучие, и что сознательные усилия по созданию качественной архитектурной среды, поддерживающей благополучие человека, должны иметь приоритет над краткосрочной экономической выгодой. К числу многих предполагаемых выгод от строительства зданий такого качества относятся большая социальная сплоченность (особенно применительно к жилым зданиям смешанного назначения), здравоохранение и биоразнообразие. Важно отметить, что Декларация также содержит четкое обязательство для участвующих стран вновь собраться через десять лет для оценки прогресса в этом направлении.

Почему я рассчитываю на то, что Давосская Декларация значима? В конце концов, слова, написанные и ратифицированные в Давосе, имеют меньшее значение, чем политические заявления. Декларация не требует прямых действий. Она не кодифицирована на уровне муниципальных министерств, которые одобряют или отклоняют предложения застройщиков. Но при этом, на мой взгляд, в Давосе начали говорить о психологически устойчивом проектировании. То есть существует широкое согласие не только в том, что мы должны строить поддерживающую человеческую жизнь (ибо это кажется очевидным!) среду, но и в том, что для понимания того, как это сделать, мы должны заняться более интенсивными исследованиями в области психологии взаимодействия с окружающей средой.

В течение многих лет те из нас, кто работал в областях, связанных с дизайном среды и поведением человека, были убеждены, что изучение этой взаимосвязи может привести к качественному преображению зданий и городов. И, действительно, иногда нас воодушевляют наши успехи. Многообещающими являются данные, свидетельствующие о том, что воздействие природной среды может привести к глубоким позитивным изменениям в поведении и физиологическом состоянии, или что некоторые элементы дизайна высокоплотной жилой застройки могут способствовать формированию чувства социальной идентичности и развитию социального капитала. Результаты нашей работы показывают, что попытка найти способы изучения психологических проблем в реальных условиях и за пределами закрытой лаборатории была не напрасна. И мы не только видим связь между некоторыми настройками среды, которые заставляют наш мозг включать определенные программы поведения, но важно, что понимание отношений между мозгом и средой приведет к реальным изменениям качества жизни людей. Медицинские учреждения были модифицированы за счет использования естественного света, материалов и озеленения. Уличные конструкции, удовлетворяющие ненасытную человеческую тягу к информации, качественно улучшили проходимость и способствовали здоровому образу жизни и физической активности людей.

Хотя нетрудно найти примеры успешной интеграции в дизайн принципов, рожденных в исследованиях в области гуманитарных наук, можно также утверждать, что наш подход до сих пор был несколько рассеянным. И действительно, я опасаюсь, что скромный импульс, который был достигнут до сих пор в браке архитектурного и городского дизайна с неврологией и психологией через такие организации, как ANFA (Academy of Neuroscienсe for Architecture) , рискует исчезнуть без более сильного портфолио реальных успехов. В конечном счете, я полагаю, что позитивные изменения в сторону эффективного, ориентированного на человека дизайна, зависят от того, сможет ли это направление привлечь нужные таланты. Лучшие умы в науке и искусстве всегда будут тяготеть к самым интересным и важным проблемам. Но также не менее важно и наличие  крупной инфраструктуры, которая будет способствовать сопоставлению проблем с решениями. Некоторые из элементов этой более крупной инфраструктуры можем предложить мы. Развитие стартапов, таких как Hume Studio от Итаи Палти (Itai Palti) и Turfadvisory от Sarah Goldhagen, это некоторые из недавних инициатив, которые показывают большие перспективы в развитии центров, соединяющих застройщиков с консультантами в области человеко-ориентированного дизайна.  Государственная политика также может помочь, привлекая внимание разработчиков, планировщиков и политиков на всех уровнях к ценности дизайна, ориентированного на человека.

Но что насчет ANFA? К настоящему времени мы должны были уйти дальше начинаний, на старте  которых  большинство из нас просто хотели ответить на вопрос: действительно ли психофизиологические исследования могут привести к пониманию того, как работает среда? Мне напомнили о первой встрече ANFA в 2012 году, которая, хоть и была пьянящей, но при этом больше походила на школьные танцы моей юности, когда мальчики и девочки, выстроенные у противоположных стен гимназии  - нейробиологи с одной и архитекторы с другой стороны зала - наполненные энтузиазмом, но не знающие, как начать взаимодействовать. Тогда казалось, что языковой барьер между нами непреодолим. Мы были почти чужими друг другу. Я думаю, что многие из нас считают задачу преодоления таких барьеров восхитительной. Я знаю, что мне нравится. Отношения созрели, партнерские отношения выросли, начинают появляться интересные формы сотрудничества. Но все же предстоит еще многое сделать. Возможно, самое главное, что нам нужно  - более глубоко подумать об " N " в аббревиатуре ANFA. Майкл Арбиб (Michael Arbib) с определенной настойчивостью указывал и на прошлых встречах ANFA и на других мероприятиях, что в демонстрируемых организацией материалах недостаточно убедительно подчеркивается связь архитектуры и нейропсихологии.

Как нейропсихолог и старый ведущий ANFA, я скажу, что я также виновен в этом, как и любой другой участник. Почти все работы, которые я представил на совещании, более относятся к когнитивной науке, чем к нейропсихологии. В моих венах достаточно редукционистской крови, и я знаю, что любой поведенческий вывод, о котором я сообщаю, может быть описан на уровне нейронов или областей мозга, но я не всегда уверен, что это действительно нужно делать.

В наши дни было бы достаточно легко взять некоторые из хороших поведенческих исследований, которые проводятся для понимания того, как архитектурная среда влияет на наше самочувствие, и подтвердить их данными сканирования мозга. Мы можем проанализировать психическое состояние человека в искусственной среде (скажем, в виртуальной реальности) и одновременно измерить активность мозга с помощью какой-либо формы визуализации. В своей работе мы часто используем психофизиологические изменения, которые, при грамотной интерпретации, могут рассказать нам о состоянии мозга наших участников. Но реальный вопрос заключается в том, действительно ли данные нейропсихологических исследований добавляют ценность нашим выводам, помимо того, что в глазах неспециалистов красочная визуализация  мозговой активности сильно прибавляет достоверности.

По этому поводу у меня есть, по крайней мере, две мысли (нейроимпульса?). С одной стороны, я думаю, что если когнитивистский, поведенческий или феноменологический подход дает нужную нам информацию, то не следует усложнять себе работу. Нецелесообразно привлекать дополнительные протоколы исследования только для того, чтобы потом иметь возможность назвать его нейропсихологическим. С другой стороны, бывают случаи, когда нейропсихологический подход имеет смысл, если этого требует содержание работы. Взять, к примеру, исследование Тома Олбрайта (Tom Albright), в котором он доказывает, что отношение к тем или иным элементам дизайна, и даже чувство красоты связано со спецификой организации визуальных областей коры головного мозга и их реакцией на статистические закономерности в сценах.

Другой пример - из моей собственной работы в сотрудничестве с архитектором Робертом Кондия (Robert Condia) из Университета штата Канзас. Мы пытаемся понять отдельный и комбинированный вклад центральных и периферийных визуальных областей головного мозга в архитектурный опыт. Хоть нам и кажется, что в целом мы себе представляем, в чем различия между информацией, поступающей от центральной ямки сетчатки и периферическим зрением, существует раздел нейропсихологии, который очень подробно описывает различные части глаза, информацию, которую они дают и связи между ними вплоть до высших отделов коры головного мозга. Кондия и я считаем, что периферийное зрение может играть особую роль в пространственном восприятии архитектурной среды. Таким образом, мы работаем в области архитектурного опыта, который имеет ключевое значение для архитектора, но при этом используем нейропсихологический подход. Мы учитываем особенности анатомии и физиологии нервной системы, хотя и не всегда напрямую обращаемся к ним в процессе анализа опыта (до сих пор мы не анализировали работу мозговых структур, но все может измениться). Но важно то, что понимание нейропсихологии восприятия пространства дает нам возможность и мотивацию работать совместно.

Мне кажется, это лучший способ добиться «N» в ANFA – не форсировать события, доказывая, что наши исследования должны включать протоколы анализа сигналов мозга, но использовать более мягкий подход, настаивая на том, чтобы наши совместные проекты были как минимум основаны на том, что мы знаем о работе мозга и психики, даже если мы не будем при этом ковыряться в мозге электродами и магнитами.  Я пришел к выводу, что создание плодотворных исследовательских программ на стыке неврологии и архитектуры возможно только в попытках найти естественное сходство между важными концепциями в архитектуре и ключевыми идеями в нейробиологии.

О Колине Элларде

Доктор Колин Эллард - профессор психологии, специализирующийся на когнитивной нейронауке в университете Ватерлоо в Канаде. Колин рано сделал карьеру, работая над основными проблемами нейронных механизмов восприятия пространства, связанных с пространственным поведением животных; в последнее время занимается исследованием человеческих отношений, детерминированных факторами искусственной среды. Доктор Эллард интересуется, в частности,  эмоциональными эффектами архитектурных сред, которые он исследует как в полевых условиях, так и в синтетических средах с использованием виртуальной реальности с эффектом присутствия. Его текущие проекты включают в себя исследования участия периферийного зрения в формировании впечатления от среды, архитектурный вклад в эмоции благоговения и стресса в городской среде с высокой плотностью. Работа д-ра Элларда сосредоточена на эмоциональных и когнитивных эффектах искусственных сред, используются как полевые, так и лабораторные подходы. Коллин сотрудничает с архитекторами для преодоления междисциплинарного разрыва. Его последняя книга "Среда обитания: как архитектура влияет на наше поведение и самочувствие".

пятница, 13 апреля 2018 г.

Как фасады зданий влияют на наше поведение

Ян Гейл  и его коллеги Лотте Кефер и Сольвейг Рогстад в 2006 году опубликовали статью «Close Encounters With Buildings», в которой описывают свое исследование влияния дизайна фасадов зданий на поведение людей.

Фасады, витрины и интерьеры зданий, наиболее близкие к пешеходам, оказывают наибольшее сенсорное и эмоциональное воздействие на прохожих. Пешеходы на расстоянии 1 метра от  здания воспринимают менее 3 метров высоты фасада. На расстоянии 5 метров от здания пешеходы воспринимают около 3,5 метров высоты. Таким образом, оформление первого этажа здания в наибольшей степени определяет опыт пешехода.

Скорость перемещения пешеходов позволяет рассмотреть фасад здания достаточно детально. Но проблема в том, что современные здания часто строятся не для восприятия человеком-пешеходом, но для восприятия человеком-пассажиром. Функциональное разнообразие и сенсорные ощущения при этом сводятся к самому ограниченному набору.

Таким образом, подход к "интерфейсу" "человек-здание" должен быть  дифференцированным. "Пешеходный" интерфейс требует  относительно небольшого масштаба, богатой детализации, функционального разнообразия.

К такому выводу авторы пришли в результате изучения уличной деятельности в Копенгагене.

Авторы провели исследование, в котором изучали особенности влияния различных видов фасадов зданий на поведение пешеходов.

Авторы разработали шклау для классификации уровня детализации отделки фасадов:

Категория А: небольшие блоки, много дверей (15-20 дверей в 100 м); большое функциональное разнообразие; отсутствие или малое количество слепых и "пассивных" (с отсутствием декоративной отделки) блоков; богатство рельефа, в основном вертикальная ориентация; хорошие детали и материалы.

Категория В: относительно небольшие блоки (10-14 дверей на 100 м); среднее функциональное разнообразие; небольшое количество слепых и "пассивных" блоков;  наличие рельефа и большое количество деталей.

Категория C: смесь больших и малых блоков (6-8 дверей в 100 м); слабое функциональное разнообразие; среднее количество слепых и "пассивных" блоков; скромный рельеф фасада; небольшая детализация.

Категория D: крупные блоки; одна или две функции (2-5 дверей в 100 м); много "слепых" недетализированных участков; отсутствие рельефа; мало или нет деталей.

Категория E: большие блоки, небольшое количество или полное отсутствие дверей (0-2 двери в 100 м); одна функция; "слепые" или "пассивные" блоки; однообразные фасады без рельефа; отсутствие детализации.


Для оценки влияния фасадов авторы провели серию наблюдений за пешеходами. Оценивались следующие параметры:
  • количество людей, проходящих мимо фасада за один час;
  • скорость пешеходов;
  • количество людей, которые повернули головы к фасаду, когда они проходили мимо;
  • количество людей, остановившихся перед фасадом;
  • количество людей, которые вошли или вышли из двери на фасаде;
  • количество людей, которые проводили другие виды деятельности или останавливались перед фасадом;
  • вид деятельности и где она проходила.

Оценка влияния фасадов показала, что возле более детализированных, или "активных" фасадов пользователи ведут себя в 7 раз активнее. 

Разработанные исследователями категории фасадов используются для составления карт городских районов и классификации привлекательности улиц и кварталов. Эта же классификация может быть использована для создания стандартов внешней отделки зданий.

Главный принцип планирования Яна Гейла: "сначала жизнь, затем пространство, затем здания".

Источник перевода: http://pedshed.net/?p=78
Оригинал: http://www.ingentaconnect.com/content/pal/13575317/2006/00000011/00000001/art00004#

среда, 15 ноября 2017 г.

Открытое письмо в редакцию Другого города. Ответ на публикацию "Первая ошибка реформы - это то, что её вообще затеяли" Андрея Ишмуратова.

Уважаемая редакция журнала "Другой город", и уважаемый автор публикации Андрей Ишмуратов!
Я не могу согласиться со многими выводами, которые Вы делаете опубликованном материале, учитывая, что некоторые аспекты, описанные в нем, имеют, мягко говоря, недостоверный характер.

Очень не хочется верить в то, что опубликованный под авторством г-на Ишмуратова материал  является "джинсой". Но очень уж часто в последнее время в СМИ стали появляться публикации, объявляющие работу управляющих микрорайонами и общественных советов микрорайонов (ОСМ) фиктивной, ненужной и имитационной. Создается впечатление, что из администрации дана команда подготовить почву для упразднения созданной системы с целью высвобождения средств для предстоящего мундиаля. Учитывая последние манипуляции с Фондом капитального ремонта, отобранные у пенсионеров льготы, и вообще подготовку к мундиалю, направление средств на работу управляющих микрорайонами, то есть на непосредственное наведение порядка на локальных территориях, на работу с горожанами и решение их проблем, лоббирование их интересов в администрации - это большое достижение для Самары. Да, если быть объективными, а не впадать в собачье тявканье в спину уходящему Н.И. Меркушкину, надо признать, что реформа местного самоуправления - это его большое достижение, за которое нам надо сказать ему спасибо. Потому что при всех перегибах и глупостях исполнения она дает возможность активным (не путать с ворчливыми) горожанам вынести свои вопросы на повестку в районную и городскую администрации и найти пути их решения. Очень грустно было бы этого лишиться.

Не скажу, что критики реформы во всем не правы.  Реализация реформы очень спорная, много глупостей и перегибов на местах. Вот сейчас, практически через год после запуска реформы стали видны проблемы, их можно и нужно обсуждать.
Но одно точно надо иметь в виду - этот "паровоз" может поехать, если в общественные советы придут активные, инициативные  и грамотные горожане. Именно на это и должна быть направленна повестка социально-ответственных горожан и СМИ. Мы должны добиваться того, чтобы как можно больше заинтересованных и грамотных людей узнали о возможности реализовать свои инициативы через ОСМ. Чтобы они пришли и сформировали повестку заседаний общественных советов. Через их участие, а также через активное участие СМИ и будет реализован общественный контроль над деятельностью администрации. 
И будет крайне жаль, если еще толком не запустившиеся общественные советы распустят за ненадобностью. Мы потеряем предпоследний канал коммуникации с администрациями.  До управляющих микрорайонами пробиться через стену отписок можно было только со СМИ, теперь есть ОСМ и управляющие, если их убрать, то мы опять останемся только со СМИ.

Но начнем по порядку.

Во-первых, в самом начале материала написано "Осенью 2014 года в Самаре стартовала реформа местного самоуправления". Спешу поправить издание: на самом деле реформа заработала только с начала этого года (общественные советы микрорайонов ВПЕРВЫЕ собрали только в марте-апреле этого года). Я имею в виду не написание и обсуждение постановлений и других бумажек, а конкретную работу конкретных людей. Еще и года не прошло со старта работы по реформе самоуправления. Поэтому выводы автора о том, что реформа не состоялась, мне кажутся преждевременными.

Районные депутаты.

Автор приводит занимательные цифры по поводу бюджетов внутригородских районов, которые таковы, что примерно 50% доходов администрации районов тратят на самообслуживание, а то, что осталось - на район: "То есть денег, которые можно направить на решение реальных проблем остаётся меньше половины. 26 депутатов Самарского районного совета решают, куда направить 23 млн рублей". Далее автор сетует на неопределенный механизм распределения субсидий из вышестоящих бюджетов: "Например, если сделать в зависимости от населения, как быть с Самарским районом, где живёт всего 30 тысяч человек? Поэтому субсидии и субвенции распределяются фактически в ручном режиме." И вот что действительно странно: зачем сидят и получают зарплату эти 26 депутатов, которые не могут придумать прозрачный и честный механизм распределения субсидий?

Чем вообще занимаются районные депутаты?
Если вспомнить курс обществознания, депутаты относятся к законодательной ветви власти, а администрация - к исполнительной. То есть задача депутатов - отслеживать процессы, происходящие в районе, контролировать работу администрации и других гос. органов на местах, оценивать результат и писать законопроекты, поднимать инициативы, улучшающие эффективность органов управления и качество жизни людей.
Но вся беда в том, что они этого не знают, или не понимают, или у них другие цели (вспомним "честные выборы 2015 года"). Лично для меня все районные депутаты делятся на 2 категории. Первая  - мошенники и халтурщики. Они успешно создают видимость работы, получая за это свою корку хлеба из бюджета. Вторая - те, кому не все равно. Они встречаются с жителями, пишут бесконечные жалобы в разные органы. Но по факту - выполняют функции городской (районной, областной) администрации, которая при всей своей прожорливости все равно не справляется! И поскольку у депутатов нет ни возможностей, ни полномочий работать за администрацию, а своими полномочиями и возможностями пользоваться они не умеют (или не хотят), все эти письма и хождения по большей части заканчиваются ничем. И положительный эффект от деятельности депутатов сводится к экстренной психологической поддержке.

Что же должны делать эти 26 депутатов помимо распределения денег района?
  1.  Создать прозрачный и честный механизм распределения субсидий из городского и областного бюджета, а также средств внутри района. Если задача не по зубам - пригласить специалистов. Вот, например, автор предлагает "выделять больше субсидий по прозрачному механизму, с привязкой к каким-то параметрам, например, к населению", уже неплохо. Но ведь параметров может быть много: население, размер территории и проч. Задача разработки механизма финансирования на основе системы различных параметров - далеко не из самых сложных.
  2. Изучить вопрос и понять, почему и зачем так много денег (50% бюджета района!) тратится на содержание администрации? Как оптимизировать работу администрации так, чтобы заменить наименее востребованных (грамотных, профессиональных) сотрудников искусственным интеллектом, который, как известно, взяток не берет?
Далее автор рассуждает о возможностях увеличения доходной части бюджета за счет налогов и штрафов: "Главная проблема этого варианта, что доходы бюджета, что налоги, что штрафы, взимаются с граждан, то есть любая работа по улучшению сбора — заведомо непопулярная. Если кто-то не платил земельный налог, а вы его заставили, «спасибо» вам за это точно не скажут." И тут правильно пишет автор, люди спасибо не скажут. Потому что какой смысл платить налог, если 50% из него уйдет на работу администрации, доказавшей свою неэффективность?

ТОС, управляющие микрорайонами и общественные советы.

К сожалению то, что пишет автор в отношении работы ТОС, управляющих микрорайонами и общественных советов, говорит о том, что автор не слишком конкретно знаком с ситуацией. Разберем ошибочные утверждения автора.

Во-первых, формулировка "ТОС представляет собой своего рода общественную организацию, включающую всех жителей какой-либо территории" выглядит несколько фантазийной. До недавнего времени я, например, ничего не знала о существовании ТОС как организации, очень многие жители не знакомы с председателем своего ТОС и представления не имеют, чем он занимается. Да, ТОСы занимались чем хотели, а по большому счету ничем вообще не занимались. Потому что чем можно заниматься 4 часа в неделю? Провести 2 встречи с жителями? Председатели ТОС выбирались / назначались администрацией и годами тихо, как мышки, сидели в своих кабинетах, воспринимая получаемую  зарплату председателя ТОС как заслуженную  надбавку за свой бюджетный плохооплачиваемый труд на основной работе. Отчетность - где надо фабриковали, где надо - проводили пару мероприятий для галочки. Ну кто как. Слышала, что кто-то работал, но я лично таких не встречала. По поводу описанной деятельности ТОС - "выявляли административные правонарушения в сфере благоустройства, занимались общественным контролем, например при ремонте дворов, уборке снега или отлове собак, при последнем работу не оплачивали без подписи председателя ТОС" - ну ни разу не видела, чтобы председатели ТОС чем-то из этого прославились. Обычно все это делалось силами активных жителей, не имеющих к ТОС никакого отношения.

На этом фоне особенно странно выглядит горестное причитание автора о том, что назначенные управляющие микрорайоном полностью зависимы от администрации. Я согласна, что назначение сверху - не самый демократичный механизм. Но вспомним, кто у нас назначен в ТОС - учителя местных школ и бюджетники? На их фоне назначение управляющим микрорайоном опытного руководителя ТСЖ (как, например, в микрорайоне "Куйбышевский - Нефтемаш") - это просто прорыв к эффективности. 

"Понятно, что с точки зрения общественного контроля пользы от него никакой нет" - продолжает автор про должность управляющего микрорайоном. И здесь трудно согласиться. Во-первых, утверждение абсолютно голословное. Во-вторых, если управляющий плохо работает, то горожане могут пожаловаться в администрацию, и управляющего в конце концов сменят.  А куда жаловаться на "избранного" председателя ТОС? Богу?

Дальше уж совсем интересно: "Но на самом деле есть и более прозаичный нюанс. Управляющий — сотрудник администрации, но работает не в здании администрации, а «на территории». То есть проследить, чем он занимается — невозможно" Уважаемый г-н Ишмуратов, мы живем в 21 веке! Весь мир переходит на систему удаленной работы. Теперь работа многих сотрудников оценивается по результатам, а не по количеству времени пребывания в офисе. И на деле гораздо сложнее проследить, чем занимается администрация за 50% бюджета района в здании администрации, нежели за управляющим, бегающим под окнами домов своего микрорайона.

Для выхода из ситуации автор предлагает "придумать какие-то показатели". Очень рационально, надо сказать. "Можно придумать какие-то показатели для оценки работы, но какие это могут быть показатели при отсутствии реальных полномочий и конкретных обязанностей". Да, уважаемый г-н Ишмуратов, нужно придумать показатели. Но не с потолка взять, а из практики работы, которая в этом году только началась. А обязанности управляющих микрорайоном нам, горожанам, в отличие от Вас, хорошо понятны - это взаимодействие с администрацией района и города с целью  решения социальных и территориальных проблем жителей микрорайона. И, учитывая, что на таком приближенном уровне решением локальных проблем никто никогда не занимался (ТОСы проводили праздники, администрации писали отписки), скопился реально большой объем работы (уточнение границ собственности, зон обслуживания, работа с управляющими компаниями, жителями и проч.).

А вот и откровенная дезинформация: "Управляющий является одновременно председателем общественного совета". На самом деле управляющий микрорайоном часто предлагает себя в качестве секретаря общественного совета, поскольку заседания нужно кому-то протоколировать, а повесить эту нудную неоплачиваемую работу на членов ОСМ не особо получится. Председатель общественного совета микрорайона - отличный от управляющего выбранный член общественного совета.

Вот еще одна спорная цитата: "Однако эта система также оказалась недееспособной. Давайте посчитаем. 355 общественных советов. В каждом должно быть хотя бы человек десять. Получается, что нужно найти всего-то 3,5 тысячи человек. Готовых бесплатно в своё время (а зачастую и в рабочее) заниматься проблемами микрорайона от грязи со строек до приемки работ по капитальному ремонту (ооо, значит автору все-таки известны обязанности ОСМ?) . Желательно, ещё хоть немного образованных и адекватных. Понятно, что такого количества желающих нет, - заключает автор, - и практически все общественные советы микрорайонов недееспособны". Вот так он нас припечатал к стенке.
А знает ли автор, сколько ежедневно писем-жалоб приходит на адрес городской администрации? Кто же пишет эти письма, как не активные дееспособные и ответственные горожане, которым за это, представьте себе,  никто не платит? Откуда же берутся эти горожане, откуда у них мотивация месяцы своего личного времени тратить на безрезультатную переписку с администрацией? Уважаемый г-н Ишмуратов, возможно, вам этого не понять, но людям надоело жить в разрухе. Многие готовы тратить свое личное время и даже деньги на то, чтобы как-то благоустроить свой быт и улучшить жизненные условия своих детей. Горожане создают родительские комитеты при школах и детских садах, складываются на ремонт из собственного кошелька, занимаются предпринимательством, наконец. Поэтому найти активных и грамотных горожан - не проблема. А, учитывая, что в письмах к администрации есть их контактные данные - совсем не проблема. При желании.

Но проблема (первая проблема) в том, что и общественные советы, и управляющие начинали свою работу при полном молчании городской администрации. Почему? То ли безграмотное руководство, то ли сознательное информационное ограничение (чтобы не пришли лишние, видимо). Но факт остается фактом. Мотивированных людей никто не собирал. По-быстрому собрали кого-то по знакомству через ТОСы, ТСЖ, бюджетников. Да, по большому счету чиновники из "эффективной" администрации опять схалтурили: не желая заниматься тяжелой организационно-общественной работой, коммуникациями, они собрали в некоторых случаях совсем уж фиктивные советы микрорайонов. Мало, очень мало информации было (и есть) в прессе по поводу работы общественных советов, их прав и полномочий и главное (!) по поводу возможности любому горожанину принять в участие в их работе.  Да, в результате такой "организационной" работы общественные советы находятся сейчас в полудееспособном состоянии: туда пришли не те люди. При этом важно, что они остаются открытыми и имеют понятный механизм соучастия. А это значит, что любой активист может прийти на заседание со своей конструктивной инициативой и найти поддержку городской администрации через управляющего микрорайоном, чего раньше, при ТОС, никогда не было. А вот чтобы таких желающих было больше -  нужна большая организационная и коммуникационная работа, поддержка со стороны СМИ и понимание ценности своей активной позиции со стороны горожан.

 

Поскольку от обсуждения цитат мы плавно перешли к обсуждению проблем, дополню список.

Вторая проблема в том, что членов ОСМ пытаются направить не на то, что действительно волнует  жителей, а на реализацию приоритетов администрации, вроде "борьбы с нелегальным алкоголем" и перезаключение договоров с управляющими компаниями. Предполагаю, что эти неловкие попытки манипулировать деятельностью общественных советов - от полного отсутствия компетенций некоторых сотрудников администрации в  области общественного взаимодействия и проектного управления.
Решение как и у первой проблемы - с приходом в ОСМ активных и настойчивых горожан, способных предложить и отстоять свою повестку.

Третья проблема в том, что вместо  активного проектирования деятельности управляющих на местах силами общественных советов администрация на ходу выдумывает им дополнительную нагрузку в виде различных совещаний, обучений и проч. Дополнительную - потому что по большему счету грамотные управляющие (назначенные из председателей ТСЖ) и так достаточно хорошо знают территорию и держат в голове план деятельности. Получается, что управляющий микрорайоном вместо работы на территории проводит большую часть рабочего времени в офисах на совещаниях. 
Решение. Провести стратегические сессии в каждом микрорайоне с членами общественного совета и приглашенными для выявления основных проблем территории, приоритетов, проработки схем решения и дорожных карт.

Ну и помимо вышеперечисленных никуда не денешься от комплексных проблем, среди которых - тотальное недоверие к власти, отсутствие социальных компетенций как у горожан, так и у работников управленческих структур,   имитация работы управленческого аппарата, работа на "показуху" и т.д. Такова фактура постсоветского менталитета, и с ней так или иначе придется считаться при проектировании социальных систем.

Что реально нужно сделать сейчас:

  1. Широкая информационная кампания с освещением деятельности общественных советов, управляющих микрорайонами, с приглашением активных горожан вступать в общественные советы для решения локальных проблем территории.
  2. Запуск работы общественных советов через включение в работу активных, грамотных и инициативных горожан. Обучение, формирование повестки общественных советов на основе низовых инициатив и реальных проблем территории.
  3. Предоставление помещений на территории для работы управляющих микрорайонами и заседания общественных советов. Поощрение самостоятельной работы общественных советов с самостоятельным формированием повестки заседаний. 
  4.  Освободить рабочее время управляющих микрорайонами для работы на территории. Все обучения и совещания - по запросу.
  5. Провести стратегические сессии в каждом микрорайоне с членами общественного совета и приглашенными для выявления основных проблем территории, приоритетов, проработки схем решения и дорожных карт.
  6. Проанализировать работу районных администраций на предмет их эффективности и обоснованности финансовых затрат. Увеличить штат работников "в полях" под руководством управляющего микрорайоном, с сокращением кабинетного штата за счет внедрения современных информационных технологий. Обучение новых сотрудников навыкам ведения проектной работы, переговоров, конфликтологии, коммуникациям и проч. по требованию самих сотрудников.
  7. Пересмотреть работу районных депутатов и направить их деятельность на решение комплексных, а не точечных проблем, при необходимости - обучение. Разработка системы контроля работы районных депутатов.
  8. Разработать критерии оценки работы районных администраций, районных депутатов, управляющих микрорайонами, системы оценки территорий (индексы качества жизни и т.п.). Субсидировать территории с учетом данных по разработанным критериям. Анализировать работу управленцев по соответствующим критериям. Продумать и применять на практике меры в случае снижения эффективности деятельности. Все территориальные проекты с государственным финансированием должны в обязательном порядке проверяться по критериям эффективности.
А теперь немного о себе. Такого богатого опыта, как у г-на Ишмуратова у меня, конечно, нет. Но работу общественных советов я наблюдаю изнутри. Я вхожу в общественный совет "Куйбышевский-Нефтемаш". В последнее время плотно взаимодействовала с управляющей Сусловой Екатериной Сергеевной, представляющей микрорайон "Советский 19" в качестве активиста-волонтера по проекту "Бульвар мечты". С ее активным участием местные жители составили и подали заявку  по программе поддержки инициатив муниципальных образований, и у проживающих на территории проекта наконец-то появилась надежда на то, что будут выделены хоть какие-то копейки ремонт лужи перед Школой №67, которая стала бичом микрорайона на долгие годы. Весь наш опыт "общения" с администрациями / департаментами / депутатами  по этому проекту описывать бессмысленно, все письма-отписки выложены в ленте группы. Да, мы обращались с проектом в местный ТОС, но не нашли ни совета, ни участия, ни даже интереса. До Е.С. Сусловой не кому было представлять интересы местного сообщества в администрации. За это и особенно за активное участие, пользуясь случаем, хочется выразить Екатерине Сергеевне БЛАГОДАРНОСТЬ. 
Из СМИ я также знаю и другие успешные случаи поддержки инициатив активистов при участии управляющих микрорайонами.

P.S. Я не хвалю реформу, отношусь довольно сдержанно к оценке ее результатов. Но не смотря на все вышеописанные проблемы, данную реформу считаю большим шагом вперед к развитию полноценного местного самоуправления. Особенно важно, что шаг этот состоялся сейчас, когда городским властям за мундиальной стройкой совсем не до местных проблем и инициатив.
Большой глупостью я считаю объявлять данную реформу несостоявшейся после менее чем годовой работы и неэффективного управления. Подобные структуры социально-административного взаимодействия не могут заработать вот так сразу, по мановению руки. Им требуется долгая 7-10 летняя настройка с честной рефлексией реальной практики. А поскольку основным препятствием к развитию является наше постсоветское мышление, то изменения могут идти еще дольше.
Считаю, что если сейчас допустить ликвидацию управляющих микрорайонами и общественные советы, город и мы, горожане, очень сильно от этого проиграем.

суббота, 7 октября 2017 г.

Отзыв на проект Urbica "Исследование городского шума"


Давно планировала написать отзыв об исследовании уровня шума на улицах Москвы от Urbica, и вот теперь появилось время. 

Шум - это очень важный средовой фактор в городах хотя бы потому, что шум является сильным источником стресса для городского населения. Длительное шумовое воздействие изменяет поведение и обмен веществ, ухудшает самочувствие, вызывает раздражение и агрессию. Очень важно (и сейчас становится технологически возможно) иметь точные данные об уровне шумового загрязнения городской среды, чтобы точно понимать масштабы проблемы и иметь возможность с ней работать. В этой связи исследование Urbica очень актуально.

Но мне хотелось бы взглянуть на проблему городского шума несколько с другой, с субъективной стороны.
Само по себе шумовое загрязнение негативно сказывается на экологии города, но на человека оказывает воздействие только в той мере, в какой человек становится субъектом восприятия шума. В связи с этим мы предлагаем авторам дополнить проект данными о субъективном восприятии уровня шума горожанами:
  1. Определить, сколько времени в среднем проводит горожанин при повышенном уровне шумового загрязнения (по социальным категориям, по районам и т.д.). Это поможет более корректно оценить угрозу шумового воздействия на здоровье людей.
  2. Определить уровень восприятия шумового загрязнения в сравнении с объективными показателями шума в разных локациях. Есть предположение, что если бы сделали карту восприятия шумового загрязнения, то она имела бы существенные расхождения с шумовой картой города.
  3. Авторы исследования ориентируются на 4 вида шумов: дороги, поезда, стройки и скопления людей. Сама эта классификация представляется недостаточной. Однако если анализировать субъективный опыт звукового восприятия, то далеко не все слышимые в городской среде звуки относятся к классу шумового загрязнения. Субъективно звуки воспринимаются по-разному: одни - более приятные, другие - более отвратительные и раздражающие, есть звуки с доказанным негативным влиянием на здоровье человека (низкочастотные колебания, звуки громче 90 Дб). При этом в городской среде в немалом количестве могут присутствовать и естественные шумы: шелест листьев, журчание воды, пение птиц, оказывающие положительное влияние. Некоторые виды звуков , такие как музыка, принимают оценку в силу личностных предпочтений субъекта.
Нам кажется важным анализ звуковой ситуации именно с точки зрения вероятного (положительного или отрицательного) воздействия на человека.

Ну и в заключение хочется вспомнить действующие в РФ санитарные нормы, регулирующие предельно допустимый уровень  шума  для рабочих мест, жилых помещений, общественных зданий и территорий жилой застройки (СН 2.2.4-2.1.8.562-96 «Шум на рабочих местах, в помещениях жилых, общественных зданий и на территории жилой застройки»):
  • Территории, непосредственно прилегающие к жилым домам, зданиям поликлиник, зданиям амбулаторий, диспансеров, домов отдыха, пансионатов, домов-интернатов для престарелых и инвалидов, детских дошкольных учреждений, школ и других учебных заведений, библиотек. Максимальный уровень шума с 7 до 23ч - 70 Дб, с 23 до 7ч - 60 Дб.
  • Площадки отдыха на территории микрорайонов и групп жилых домов, домов отдыха, пансионатов, домов-интернатов для престарелых и инвалидов, площадки детских дошкольных учреждений, школ и др. учебных заведений - 60 Дб.

среда, 4 октября 2017 г.

Лазаревское (Сочи): об урбанистике, туриситческой инфраструктуре и сохранении наследия

Недавно вернулись из отпуска, который провели в Лазаревском. Спешу поделиться своим членораздельно описанным опытом с урбанистами, занимающимся пространственным развитием г. Сочи.
Сразу оговорюсь: я не проводила исследований, кроме личных наблюдений, связанных с используемыми нами туристическими сценариями и маршрутами.

1. Город для машин

Для начала напомним, что Лазаревское - это район г. Сочи, экономика которого, как и экономика самого Сочи, держится за счет туристического траффика. В сезон, с мая по сентябрь, толпы туристов заселяют множество частных городских отелей для того, чтобы иметь возможность погреться и хорошо отдохнуть на пляжах Черного моря. Люди приезжают на поездах, прилетают на самолетах, некоторые - на собственных авто. Но основной городской траффик в самую туристически активную часть года - это пешеходный.

Удивительно, но дорожно-транспортная инфраструктура Лазаревского абсолютно не про пешеходов. Например, чтобы попасть на пляж большой части туристов необходимо пересечь магистраль, которая походит по ул. Лазарева.

Мы использовали:
а. пешеходный переход по ул. Аэродромной - приходится делать небольшой крюк (ок. 300 м), время ожидания светофора - ок. 5 минут (это очень долго!), время перехода - 17-20 сек. Это очень мало. Хватает для того, чтобы быстрым темпом перейти дорогу здоровому взрослому человеку.


б. в аналогичном режиме работает светофор возле МФЦ. В день приезда, не ождидая такой долгой паузы я  решила, что светофор сломан, и пошла на красный. Но потом много раз наблюдала, как люди, не дождавшись зеленого, вполне сознательно перебегают дорогу.

б. наземный пешеходный переход по ул. Павлова, высота - ок. 6 м. Переход высокий и трудозатратный даже для здорового взрослого человека. Можно представить, насколько сложно подниматься по нему пожилым людям и детям дошкольного возраста. Трехлетнего ребенка приходилось нести на руках. Подъемником для маломобильных мы не пользовались, но видели, что он работает.

Пешеходный переход по ул. Калараш - одной из центральных улиц Лазаревского, которую было бы логичнее всего соединить с пляжем - отсутствует! Там заботливо убрали светофоры и поставили заграждения вдоль всего перекрестка. Теперь для того, чтобы спуститься к пляжу по ул. Калараш или, наоборот, подняться по ней к самому большому магазину Магнит (по размерам напоминает Ашан в Самаре), необходимо сделать большой крюк до ул. Павлова и обратно (330 м).

Вот материал на тему этого перехода, и небольшая выдержка из него, из которой становится понятно, в пользу КОГО принималось решение о строительстве этого перехода: "Ситуация с пешеходным переходом на перекрестке Лазарева-Калараш сложная. Инициативная группа лазаревских предпринимателей не желает, чтобы переход убирали. Причина понятна – далее по улице Калараш в сторону моря расположены десятки ларьков и магазинов, и предприниматели просто не хотят терять клиентов. Наземный переход, по которому и предлагают пустить весь поток пешеходов, находится всего примерно в ста метрах, но перенаправляет туристов на улицу Павлова, то есть на другую улицу. Кроме того, пока не налажена автоматическая работа подъемника, установленного на этом переходе, не все люди, особенно с маленькими детьми и колясками, смогут легко им воспользоваться. С другой стороны очевидна и задача дорожников. Планируя сокращение потока пешеходов, они пытаются решить проблему перегруженности этого перекрестка в летнее время. Так как здесь летом в часы пик скапливаются длинные пробки – большой поток отдыхающих, направляющихся на пляж, затрудняет(!!!) проезд машинам лазаревцев и гостей курорта"

Добавить к этому очень узкие тротуары (ок. 1,5 м), на которых даже в конце сезона бывает тесновато (ул. Аэродромная) и почти полное отсутствие инфраструктуры для людей с ограниченной мобильностью.

И совсем вводит в ступор все та же плитка (точно такая же, какую сейчас кладут в Самаре). Видимо, кто-то решил всю Россию закатать в одинаковую  плитку. Пишу об этом постоянно, и напишу еще раз о том, насколько плитка делает трудной жизнь пешехода с маленькими колесами: туриста с чемоданами (сломайся чемодан), мамы с коляской (сделаем из вашего ребенка масло), роллеров, и ребенка на самокате. Да, это большая подлость делать плитку там, где 2-3хлетнего ребенка можно было бы поставить на самокат, вместо того, чтобы тащить его на себе всю дорогу на пляж.

2. Нерыночная экономика

Я мало знаю про экономику туристических городов и вообще про экономику, но что меня особенно удивило в Лазаревском - это организация питания. Большое, просто огромное количество однотипных столовых, которые в конце сезона стоят пустые, при низком, очень низком качестве сервиса и умеренно высоких ценах. Как такое может быть?

Что любопытно - в инфраструктуре питания не наблюдается никакого разнообразия: "столовая - шаурма - шашлык" - вот весь ассортимент, который предлагает Лазаревское для питания своих туристов. Никаких блинных, очень мало кафешек, совсем не попадались места, предлагающие аутентичную кухню. Столовые как будто клонированные  - их очень много и у многих одинаковые вывески, совершенно идентичный ассортимент при идентичных же (различия в 5 рублей не считаются) ценах. О качестве питания и (о боже!) сервиса говорить не приходится. В некоторых столовых есть просто нельзя, в других - можно только утром (к вечеру сготовленные утром блюда выглядят уже не так аппетитно).
Удивляет полное отсутствие инфраструктуры детского питания (в отличие от инфраструктуры детских развлечений), в столовых нет не то что посадочных мест для детей, в некоторых даже чайные ложки отсутствуют, не говоря уже о возможности заказать детскую еду или хотя бы детскую порцию.

Что еще любопытнее, безалаберно стоящие пустыми столовые почему-то стали массово закрываться 25 сентября, захлопывая дверь прямо перед носами проголодавшихся туристов.

При этом город полон частной мелкой торговли - и это его привлекательная сторона. Большое количество частных лавок вдоль пешеходных маршрутов с недорогими сувенирами, одеждой, обувью, которые работают даже поздним вечером. Хороший выбор и качество сервиса отелей - место для проживания можно найти на любой вкус и под любые потребности.

3. Новые "хрущевки"

Прошлый раз мы отдыхали в Сочи (Адлер) в 2010 году, тогда мы остановились на территории совхоза Россия. В то время там было достаточно тихое место с возможностью снять недорогое жилье достаточно близко к пляжу. В этот раз тоже хотели поселиться в том же районе, но вид новых построенных здесь "хрущевок" отогнал эту мысль: зачем ехать за 2000 км, чтобы попасть в Южный город (Самара)?

В Сочи, и именно в Лазаревском вдохновляет буйство разнообразия частной низкоэтажной застройки. Нам довелось погулять по ул. Родниковая. Наверное,  это место можно было бы назвать местными трущобами (кладбище, мусор, бедные деревянные постройки). Но при этом там чувствуется какая-то особая атмосферность.


4. О сохранении культурного наследия

Ну и напоследок о самом главном.
К сожалению, в этнографическом музее мы не были, но нам удалось посетить (дикарями) дольмен с менгирами, расположенный по маршруту "Берендеево царство" и Волконский дольмен.

Первый расположен на туристическом маршруте "Берендеево царство". Маршрут длинный, но удивительно красивый и видно, что ухоженный. В начале маршрута оборудовано кафе и площадки для отдыха и развлечения детей. По ходу маршрута встречается пасека (на схеме обозначена почему-то как "Чайные плантации", где мы, к слову, купили замечательный каштановый мед (всем рекомендую взять побольше, если будете там).

Второй является памятником архитектуры. Маршрут Волконского дольмена - 300 метров, заканчивается очень мрачным, но красивым ущельем (грот "Два брата"). Удручающее впечатление произвело качество содержания Волконского дольмена: вокруг мусор, следы обрядовых действий туристов, дольмен изуродован желающими оставить свой след в истории.


Нам, как туристам любопытным, очень захотелось найти информацию о дольменах (историю, для каких обрядовых действий использовались, зачем портал и т.д.). Нам это не удалось. Информация о дольменах есть только самая общая, и везде указывается, что дольмены до сих пор не достаточно изучены. В кассе Волконского дольмена за 50 р. была куплена вот такая любопытная брошюрка. Как сказала кассир, ею пользуются даже экскурсоводы:

На фоне полного отсутствия достоверной и качественной исторической информации о дольменах экскурсоводы начинают придумывать собственные "истории", чаще с заимствованием обрядов совершенно других эпох и культур. В результате этих чуждых мегалитической культуре увеселительных процедур Волконский дольмен оброс ворохом грязных разноцветных тряпок, а грот "Два брата" - заставлен уродливыми зубьями деревянных кольев. Эти артефакты размывают общее впечатление исторической ценности находки. Происходит замена истинных смыслов выдуманными историями, памятник теряет свою культурную ценность, уничтожается. 

Это очень грустная история  про отсутствие ценности и невнимание к собственной аутентичной культуре.  К слову, стоимость билета на посещение Сочинского национального парка (тропа "Берендеево царство", Волконский дольмен) - 100 рублей/чел. Стоимость посещения аквапарка (это такой бассейн с пластиковыми аттракционами и громкой музыкой,  их в Лазаревском целых 2) - от 800 рублей.

И на фоне умирающего Волконского дольмена, памятника архитектуры, продолжу рассказ про культуру в Лазаревском на примере Парка культуры и отдыха (!) им. 30-летия ВОВ. 
ПКиО и набережная - это места, куда  вечером стекаются туристы чтобы отдохнуть и развлечь своих детей. Из "культурных" развлечений на набережной - кафешки и шашлычные со всеми вытекающимми.
ПКиО - это для детей. Парк доверху набит аттрактционами от 4х до 28D и каруселями, обещающими "полную замену впечатлений (видимо, от посещения Волконского дольмена) на новые" незабываемые ощущения от 3х- минутного посещения VR. Судя по всему, положительные впечатления от вида борзо скачущих на одном месте и орущих в 3D очках туристов получают и сами владельцы аттракционов.
Фото с сайта http://lazarevskoe.in/
Апофеозом всей этой культурщины являются Дельфинарий, Пингвинарий и аттракцион "перевернутый дом", призванный окончательно перевернуть сознание посетителя. Да, культура насилия над животными в Сочи сильна как нигде: дельфинарий, пингвинарий, океанариум и целый ряд частников, развлекающих туристов попугаями, обезьянками и даже львятами.
Чему может научить ребенка такая "культурная" среда?

5. Пожелания вместо заключения

Ну и напоследок напишу, каким бы мне (туристу) хотелось бы видеть Лазаревское в следующий раз, если доведется еще раз там побывать.

1)  С моей точки зрения, археологические памятники, события, связанные с историей региона, местные и культурные традиции должны быть ярче представлены в его культурной жизни. На них должен быть сделан основной упор, и от этого рынок туризма только выиграет. Для начала было бы неплохо привести в порядок объекты культурного наследия, пока они еще не совсем утрачены, собрать историческую справку о дольменах и на ее основе сформировать экскурсии с включением местных традиций и с бережным отношением к памятникам истории развития человечества.

2) Развитие детской инфраструктуры. Детская инфраструктура важна для семейного туристического кластера. Это пешеходная безопасность, возможность передвижения с коляской, на роликах и на самокате, инфраструктура развлечений и событий, инфраструктура детского питания (специальная кухня, размер порций, эргономичная мебель и т.д.), комнаты матери и ребенка на пляже и в парках.

3) Продуманная пешеходно-транспортная сеть, не ограничивающая возможности передвижения для людей с колесами, людей с ОВЗ и не затрудняющая доступ к пляжам для туристов, в том числе для туристов с детьми.

4) Продуманная организация туристических сценариев и семейного отдыха Парка культуры и отдыха им. 30-летия ВОВ, наполнение парка культурным содержанием, связанным с исторической идентичностью места.

понедельник, 24 июля 2017 г.

Про "индекс качества городской среды" от КБ "Стрелка"

17 июля состоялась презентация Индекса качества городской среды, разработанного КБ «Стрелка» в рамках программы «Формирование комфортной городской среды» совместно с Агентством по ипотечному жилищному кредитованию по заказу Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ.

В целом, конечно, хочется похлопать ребят по плечу и сказать "молодцы, что придумали такую интересную штуку (120 показателей и проч., приятный интерфейс), сойдет за неплохой стартап (если кто-то захочет за него заплатить)". Но, учитывая, что на это уже были выделены немалые средства из госбюджета, и это не студенческий стартап, и даже не магистерская дипломная работа, неизбежно возникает множество серьезных и сложных вопросов к разработчикам.

1. Поддерживаю тезис к.т.н А.В.Чернова о необходимости открытости методики (системы расчета) и источниках данных (!). Это первое и важное требование. Уже существует гак с копейкой подобных индексов-рейтингов с открытым механизмом оценивания,  которые по полноте и функциональности ничем не уступают разработанному молодыми сотрудниками Стрелки. Например, «Рейтинг качества жилой среды»  института дизайна и урбанистики университета ИТМО и Института территориального планирования «Урбаника», или методика оценки жилой среды Рубена Аракеляна. Зачем потребовалось тратить деньги на создание нового инструмента, чем он лучше старых, уже апробированных методик оценки среды?

2. Так вот, в отличие от вышеуказанных методик, закрытость индекса КБ "Стрелка" не дает возможности оценить ее измеряющую способность. Например, для качественных психометрических тестов (MMPI, тест Кеттелла, тесты на интеллект и проч.) есть требования валидности, надежности и достоверности. Эти общие требования применимы для оценки любой диагностической методики (а КБ "Стрелка" именно так свой Индекс и характеризуют).
Если сравнить Индекс от КБ с психометрическим тестом, получится следующее: «Вы – дурак, мы сделали такой вывод, оценив выражение вашего лица по фотографиям из социальных сетей».

1)    Какова надежность Индекса, которая зависит, в том числе, и от надежности источников данных? Первый же индикатор "Доля аварийного жилого фонда (%)" - уже вызывает множество вопросов. Достаточно сказать, что комплексное обследование многих домов на территории РФ проводилось (если вообще проводилось) лет 10-20 назад (это зависит от того, как ответственно выполняют свою работу администрация, УК и ФКР на территории), поэтому имеющиеся у официальных источников данные об аварийности [недостоверны] как минимум не полны. То же касается и данных о проценте изношенности жилого фонда.
Очень «хороший» показатель, отнесенный к шкале "Комфорт": "Доля дворов, обустроенных детской, спортивной или иной площадкой (%)." А если во дворе вот такая «комфортная» «спортивная» площадка:

2)    Какова валидность Индекса и его индикаторов, т.е. насколько предложенные методы измерения индикаторов действительно способны их измерить?
Взять хотя бы методику, которой очень гордится КБ "Стрелка": насколько по фотографиям в социальных сетях действительно можно судить о качестве городской среды (доступности, активности и развитости культурной жизни)? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно как минимум понимать, по какому принципу люди вообще выбирают место для селфи. Ссылок на подобные фундаментальные работы КБ "Стрелка" не дает, а значит, вся измерительная способность данной методики основана не более чем на домыслах "стрелочников". Без сомнения, анализ фотографий из социальных сетей - это хороший инструмент оценки чего-то (популярности мест ли, или социальных практик?), но чего именно, науке пока не известно.

3)    Какова погрешность измерения индикаторов индекса? Грубо говоря, если Индекс дает Самаре 62% по оценке качества жилья и прилегающего пространства, сколько из них уходит на погрешность измерения?

3. Теперь немного о технологии создания Индекса. На сайте Индекса написано «В зависимости от доступности данных и появления новых способов анализа городских территорий каждый год выбирается набор из 30 показателей».

«В зависимости от доступности данных» - это значит, что индикаторы выбирались не из критериев валидности и надежности, а из критерия доступности. То есть действительно важные индикаторы, данные по которым собирать сложно, дорого и [западло] долго (например, проводить опрос), были исключены из Индекса, а показатели со слабой надежностью / валидностью (такие как анализ селфи из социальных сетей), но находящиеся в свободном доступе – наоборот, включены.

«…каждый год выбирается набор из 30 показателей». То есть в 2017 году города оценивались по одному ряду индикаторов, а в 2018 году будут оцениваться по другому?
Если сотрудники КБ всерьез предлагают менять измерительный инструмент каждый год, тогда как оценить динамику изменения среды конкретного города в течение 5-10 лет, например? Не лучше ли в таком случае (если появились новые способы анализа территорий) создать другой индекс, или усовершенствовать старый, дополнив его новыми индикаторами / шкалами?

К слову сказать, в психологии такая практика не исключена. Например, для оценки психологического благополучия не желательно, но теоретически возможно использовать разные шкалы, но при этом они должны иметь высокую конвергентную конструктную валидность (корреляцию результатов). Как будет решать этот вопрос КБ?

4. Ну и напоследок по поводу основного заявления об Индексе качества городской среды от КБ «Стрелка»: «Оценивает, насколько город готов к современным вызовам и отвечает потребностям горожанина». Каким образом предложенный Индекс оценивает то, насколько город [городская среда] отвечает потребностям горожанина? Возможно, для сотрудников КБ «Стрелка» выражение «потребности человека» является пустым звуком, но для людей, которые знают о потребностях несколько больше пирамиды А. Маслоу, пустым звуком [явно с целью ввести в заблуждение] является вышеупомянутое заявление сотрудников КБ. Индекс не включает ни списка потребностей, ни методов оценки их удовлетворенности.

Создание универсального механизма оценки качества среды, приспосабливаемого под региональные нормы и стандарты, но при этом "ранжирующего" города – чрезвычайно сложная задача. Это задача не одного дня, и даже не одного года. Это задача не для [междисциплинарной] команды, а для сообщества специалистов-теоретиков и практиков, фундаменталистов и прикладников. Пока же опубликованная на сайте http://индекс-городов.рф/ "методика" не позволяет относиться к ней серьезно.

вторник, 18 апреля 2017 г.

Общественные советы микрорайонов. Что это и зачем они нужны?

В Самаре формируются общественные советы микрорайонов (ОСМ).
Немного информации отом, что это такое и для чего они нужны.

Всего в Самаре формируется 355 общественных советов территорий, в состав которых войдут представители многоквартирных домов, общественных организаций, предприятий, и 135 общественных советов микрорайонов, являющиеся вторым уровнем общественного самоуправления, состоящих из представителей общественных советов территорий. [Ссылка на источник]

Из Положения о деятельности ОСМ ГО Самара:
  • Общественные советы являются коллегиальными органами, осуществляющими свою деятельность на общественных началах.
  • Общественные советы могут обладать правами юридического лица в организационно-правовой форме общественной организации.
  • Деятельность общественных советов основывается на принципах законности, добровольности, гласности и публичности участия.
В администрациях Самары появится новая должность "Управляющий микрорайоном" (замена нынешним ТОСам), в задачи которого будет входить координация деятельности активистов-общественников с администрацией микрорайона. Управляющие микрорайона будут получать заработную плату порядка 35 000 рублей.  [Ссылка на источник]

Зачем нужны общественные советы микрорайонов?

1) Формирование коммуникации между жителями микрорайона и администрацией района.

2) Организация жителей микрорайона, представителей общественности, коммерческих и некоммерческих организаций, ТОСов к реализации социально значимых проектов и мероприятий, связанных с экономическим, социальным и  культурным развитием микрорайона (в том числе  проведение общественных и публичных слушаний).

3) Выдвижение и поддержка инициатив, правотворческих инициатив, направленных на улучшение качества жизни жителей микрорайона.

4) Разработка предложений и рекомендаций органам местного самоуправления по вопросам экономического, социального, культурного развития микрорайонов, безопасности жизнедеятельности, улучшения качества жизни населения;

5) Прием обращений граждан на территории общественного совета; мониторинг проблем микрорайона, работа с обращениями жителей, в том числе предложения по их эффективному решению; ведение статистического и аналитического учета актуальных вопросов и предложений жителей с целью создания эффективной модели системы изучения запросов общества;

6) Помощь жителям в работе с порталами государственных и муниципальных услуг: ознакомление жителей с действующими информационно-коммуникационными технологиями в сети Интернет и методами их использования для решения существующих социальных и иных вопросов с целью обеспечения доступности государственных и муниципальных услуг для граждан; формирование предложений для совершенствования существующих ресурсов доступа к государственным и муниципальным услугам в электронном виде;

7) Оказание правовой помощи жителям на территории общественного совета с привлечением специалистов субъектов (учреждений, организаций), оказывающих бесплатную юридическую помощь гражданам, в рамках заключенных соглашений о взаимодействии с такими субъектами;

8) информирование органов местного самоуправления, жителей микрорайона, представителей общественности, коммерческие и некоммерческие организации, а также органы ТОС о социально-политической обстановке и тенденциях в общественной жизни микрорайона. (хочется надеяться, что  доносы писать не придется)

9) Организация и проведение мероприятий по консолидации потенциала общественных и гражданских институтов; обсуждение актуальных проблем и вопросов жизни микрорайона, выработка рекомендаций и предложений для органов местного самоуправления по решению различных социально-экономических и общественных вопросов, в том числе по действующим муниципальным программам и иным муниципальным правовым актам, проектам муниципальных правовых актов.

Правовые основания работы ОСМ прописаны здесь и здесь.

Контакты в FB:
Группа по координации деятельности ОСМ в Самаре.
Общественный совет микрорайона "Яблонька".
По координации работы общественного совета микрорайона "Куйбышевский-Нефтемаш" можно пока обращаться ко мне.

Если хотите участвовать в работе своего общественного совета, внимание на картинку ниже: там есть контактные телефоны по всем районам, и общая информация по полномочиям ОСМ.